Профессорская библиотека сёрен кьеркегор заключительное ненаучное послесловие к «философским крохам» мимически-патетически-диалектическая компиляция


Скачать 11.53 Mb.
НазваниеПрофессорская библиотека сёрен кьеркегор заключительное ненаучное послесловие к «философским крохам» мимически-патетически-диалектическая компиляция
страница45/75
Дата публикации05.03.2013
Размер11.53 Mb.
ТипДокументы
www.userdocs.ru > Философия > Документы
1   ...   41   42   43   44   45   46   47   48   ...   75
tцm, что они разделены со своими детьми в том, что касается их вечного блаженства, но и прямо-таки благим делом (хотя и в таком смысле, который обычно не осознают), — именно потому, что такое крещение делает еще более трудной задачу стать христианином. Я уже говорил об этом в другом месте; здесь я просто хочу кое-что добавить. Тот факт, что решение во внешнем, благодаря которому я стал христианином, уже было принято прежде, имеет то следствие, что настоящее решение, — если таковое принято — становится делом чисто внутренним, причем само это внутреннее содержание становится более мощным по сравнению с тем содержанием, которое наличествовало бы здесь, если бы мне, в дополнение ко всему, пришлось принимать и некоторое внешнее решение. Чем меньше внешнего, тем больше внутреннего. То, что самое страстное из всех решений происходит внутри человека таким образом, что внешне это вообще невозможно заметить, само по себе является чем-то глубоким и чудесным: этот человек уже и так был христианином, но он все же им стал. Стало быть, если христианин, крещеный во младенчестве, действительно станет христианином, причем станет таковым с тем же напряжением внутреннего, с каким нехристианин обращается в христианство, внутреннее содержание такого перехода должно быть поистине высочайшим, — именно потому, что здесь совсем отсутствует внешняя сторона. Однако, с другой стороны, отсутствие внешнего — это, конечно же, искушение,


413

и для многих это может стать достаточным искушением, чтобы отложить само решение; лучше всего это видно, если принять в расчет еще одну возможность, которая тут создается: многих людей попросту оттолкнет мысль о том, что крещение во младенчестве может серьезно затруднить для них задачу стать христианами. Между тем дело обстоит именно так, и все аналогии только подтверждают справедливость моего утверждения: чем меньше внешнего, тем больше внутреннего, если, конечно, оно действительно присутствует. Правда, равным образом справедливо, что чем меньше внешнего, тем больше возможность того, что внутреннее вообще так и не появится. Внешнее — это своего рода ночной сторож, который будит спящего; внешнее —это заботливая мать, которая зовет человека; внешнее — это утренняя поверка, которая заставляет солдата вскочить на ноги; внешнее —это зов трубы, который заставляет нас предпринять великое усилие; отсутствие внешнего может означать, что внутреннее призывает человека изнутри, —увы, оно может означать также, что внутреннее вообще так и не появится.

Однако не только из-за этого я должен назвать это введение в то, как стать христианином, существенно отличным от всего, что обычно зовется введением; оно отлично также от введения в христианство, которое основано на представлении о том, что христианство — это некое учение. Подобное введение вовсе не ведет человека к тому, чтобы стать христианином; hцchstens15 оно благодаря соответствующему всемирно-историческому обзору позволяет увидеть превосходство христианства над язычеством, иудаизмом и так далее.

Введение, которое я собираюсь предложить, состоит в том, чтобы с помощью отталкивания сделать поистине трудной задачу стать христианином; при этом христианство понимается не как учение, но как экзистенциальное противоречие и экзистенциальное сообщение. А потому оно вводит в существо дела психологически, а не всемирноисторически; оно пробуждает сознание того, как много нужно пережить и как трудно действительно осознать всю трудность такого решения. Я уже много раз говорил об этом и не могу не повторять снова и снова —как ради себя самого, поскольку все это глубоко затрагивает и меня, так и ради других, которых я не должен вводить в заблуждение, — потому я повторяю снова: простому человеку вовсе не будет труднее стать христианином из-за моего введения. Разумеется, я верю, что от него тоже требуется величайшее усилие, чтобы стать христиани

16 «hцchstens» (нем.) — «в лучшем случае».


414

ном, и потому для него тоже отнюдь не полезно, когда кто-то пытается сделать все слишком легким, однако не следует забывать, что всякая сущностная экзистенциальная задача равным образом вменяется всем людям, а потому и сама трудность здесь пропорциональна степени одаренности человека. Например, самоконтроль так же труден для умного, как и для простого человека, пожалуй, он даже несколько труднее дается умному, поскольку тому легче найти для себя множество хитрых уловок, чтобы ускользнуть. Понять, что человек сам ни на что не способен (а это прекрасное и глубокое выражение для отношения человека с Богом), так же трудно замечательно одаренному королю, как и самому бедному, самому жалкому человеку; пожалуй, для короля это даже несколько труднее, поскольку ему легче искуситься тем, что в его власти лежит столь многое. Точно так же дело обстоит с тем, как человек становится или продолжает быть христианином. Когда культуре и прочим замечательным изобретениям удалось сделать столь легкой задачу стать христианином, кажется вполне уместным, что отдельный индивид, в меру своих скромных способностей, пытается сделать ее трудной,— при условии, разумеется, что он не делает ее более трудной, чем она действительно есть. Но вообще, чем больше культуры и знания, тем более трудно человеку стать христианином.

Если рассматривать диалог «Гиппий» как введение в то, что такое прекрасное, он может послужить здесь подходящей аналогией также для того рода введения, о котором я говорю. Там, после нескольких попыток объяснить, что такое прекрасное (все они ни к чему не приводят), диалог кончается словами Сократа: разговор был для него очень полезен, поскольку он выяснил, что проблема чрезвычайно трудна. Прав ли Сократ, прибегая к такому рассмотрению, — ведь прекрасное — это все-таки идея, и потому не соотносится с экзистированием, — об этом я не берусь судить. Но когда, похоже, внутри христианства столько уже было сделано или, по крайней мере, предпринято, чтобы заставить людей позабыть, что такое христианство, — тогда, по моему мнению, следует считать уместным такое введение (не говоря уж о том, что оно представляется единственно возможным применительно к тому, как человек может стать христианином), которое, вместо того чтобы следовать образцу всех других введений (а вместе с ними — и примеру нанятых лакеев, которых гостиницы посылают встречать прибывающих путешественников прямо у таможни, чтобы тут же рекомендовать им наилучший ночлег и кухню), в конечном счете делает христианство более трудным, пытаясь одновременно показать, что же такое христианство. Гостиницы нуждаются в путешественниках; од


415

нако применительно к христианству было бы куда уместнее, если бы сами люди поняли, что они нуждаются в христианстве. Различие между знанием о том, что такое христианство (это более легкая часть), и задачей продолжать быть христианином (эта часть куда труднее) вовсе не соответствует отношению между действительно прекрасным и учением о том, что такое прекрасное. Если бы диалог «Гиппий» действительно разъяснил нам, что такое прекрасное, для нас не осталось бы больше никакого затруднения, — но тогда в самом диалоге не было бы ничего, что соответствовало бы двойственности нашего предприятия; в нашем случае введение должно прояснить, что такое христианство, но одновременно сделать еще более трудной задачу стать христианином. Но если задача стать христианином как раз и составляет главную трудность, представляя собой абсолютное решение, тогда единственно возможное введение в нее — это введение, которое отталкивает, причем это происходит так, что само это отталкивание уже указывает на абсолютное решение. С помощью даже самого пространного введения, направленного в сторону решения, человек ни на шаг не приближается к действительному решению, поскольку решение, которое рассматривается здесь, не является абсолютным решением, оно не становится качественным прыжком, — а потому, вместо того чтобы благодарить за помощь, человек чувствует себя обманутым. То, что подобное введение даже в своей высшей точке ни на шаг не позволяет нам приблизиться к тому, во что оно должно вводить, означает лишь, что настоящее введение должно быть отталкивающим. Философия прямо ведет к христианству; историческое и риторическое введение делает то же самое, и оно, конечно же, добивается успеха, поскольку введения пишутся для того, чтобы представить учение, а не для того, чтобы человек мог стать христианином.


416

^ СЕКЦИЯ ВТОРАЯ САМА ПРОБЛЕМА

Вопрос о вечном, блаженстве индивида решается во времени благодаря его отношению к чему-то историческому, которое к тому же является, историческим, таким, образом,, что включает, в качестве составной части то, что по сам,ой своей природе не .может быть историческим,, a, значит, должно становиться, таковым, силой абсурда,

Проблема здесь является патетически-диалектической. Пафос присутствует в первой части, поскольку страсть человека достигает своей высшей точки в исполненном пафоса отношении к вечному блаженству. Диалектическое присутствует в последней части, и вся трудность состоит как раз в том, что проблема составлена таким образом. Любить—это чистый пафос; соотносить себя с вечным блаженством в сфере рефлексии — это чистый пафос. Диалектическое состоит в том, что это вечное блаженство, с которым индивид должен выстраивать свое отношение с надлежащим пафосом, само делается диалектичным в силу неких дополнительных определений, которые, в свою очередь, выступают раздражителем, доводящим страсть до крайней точки. Когда внутри экзистирования человек выражает (и уже некоторое время продолжал выражать) решимость отказаться от всего (и даже уверенность в том, что он уже от всего отказался) ради того, чтобы выстроить свое отношение с абсолютным τέλος, наличие этих условий оказывает на него абсолютное воздействие, так что его страсть поднимается как можно выше. Даже применительно к относительному пафосу, диалектическое подобно маслу, подливаемому в огонь; оно расширяет диапазон внутреннего и интенсивно воспламеняет страсть. Но поскольку мы уже забыли о том, что значит экзистировать sensu eminenti, и обычно отслеживаем все, исполненное пафоса, назад, к сфере фантазии и чувств, и позволяем диалектическому началу снять его, вместо того чтобы объединить все внутри одновременности экзистирования, в нашем философическом девятнадцатом веке все, исполненное пафоса, впало в немилость, тогда как все диалектическое стало совершенно бесстрастным. Точно так же в наше время стало так легко и просто


417

мыслить все противоречия; ибо именно страсть и составляет главное напряжение противоречия, и стоит вычесть страсть, как все сразу превращается в шутку, в остроумное замечание. Однако экзистенциальная проблема является патетически-диалектической; та проблема, которая поставлена здесь, требует от человека экзистенциального внутреннего содержания, чтобы он мог схватить пафос; она требует от него страсти мысли, чтобы он мог схватить диалектическую трудность; наконец, она требует сосредоточенной страсти, чтобы человек сумел экзистировать внутри этой проблемы.

Для того чтобы прояснить проблему, я вначале остановлюсь на патетическом, а потом уже — на диалектическом, однако я прошу читателя постоянно помнить о том, что трудность в конечном счете состоит в том, чтобы соединить эти два элемента, так что экзистирующий индивид, который пребывает в абсолютной страсти и исполнен пафоса, и выражает самой экзистенцией свое исполненное пафоса отношение к вечному блаженству, теперь доллсен выстраивать свое отношение к диалектическому решению. Он должен сократически страшиться ошибки — точно так же, как в своем патетическом напряжении он пребывает в отношении с собственным вечным блаженством. Потому его усилие становится максимально возможным, — тем более что возможность обмануться так близка, ведь здесь нет ничего внешнего, что можно было бы увидеть. В эротической любви индивид все еще связан с другим человеком, он может услышать «да» или «нет» другого. В каждом вдохновенном проекте у индивида все еще есть нечто внешнее, однако в отношении к собственному вечному блаженству индивиду приходится иметь дело только с собой самим внутри собственной внутренней глубины. У него есть слова благодаря родному языку, и он быстро научается уверенно болтать наизусть о том, о сем. С чисто внешней стороны, представление о вечном блаженстве бесполезно для человека, потому что оно впервые настоятельно возникает только тогда, когда человек научается пренебрегать внешним и забывает обо всех рассуждениях земного разума относительно того, что же считать полезным. С чисто внешней стороны, отсутствие такого представления не может ему повредить; человек может вполне обходиться без него и все же быть «мужем, отцом, членом клуба охотников», более того, если ему вдруг захочется чего-то подобного, это представление лишь понапрасну его растревожит. Сущностный экзистенциальный пафос по отношению к вечному блаженству покупается такой дорогой ценой, что в нормальном, конечном смысле должно считаться чистым безумием само стремление приобретать нечто по


418

добное. Это положение можно даже выразить разнообразными способами: можно сказать, что вечное блаженство — это ценная бумага, чья стоимость больше не котируется в нашем спекулятивном девятнадцатом веке; в лучшем случае достопочтенные духовные пастыри могут надеяться всучить подобный просроченный вексель какому-нибудь деревенщине. Возможность обмануться так близка, что обычный здравый смысл должен прямо-таки гордиться собой, оттого что отказался пускаться в глупые авантюры и иметь с этим хоть что-нибудь общее. Вот почему так глупо (разве что вся твоя жизнь стала диалектичной, наподобие жизни апостола) пытаться уверить других людей в их вечном блаженстве, — ведь применительно к сущности, в связи с которой человеку приходится иметь дело только с собой самим, самое большее, что мы можем сделать для другого —это его обеспокоить.

А

Патетическое

§ 1. Начальное выражение экзистенциального пафоса, абсолютная ориентация (уважение) на абсолютный τέλος, выражаемая через действие по преобразованию экзистенции — эстетический пафос — иллюзорность опосредования — монашеское движение в Средние века — уметь одновременно относиться абсолютно к собственному абсолютному τέλος и относительно — к относительным целям

По отношению к вечному блаженству как абсолютному благу, пафос означает не слова, но такое положение, когда это представление преобразует всю экзистенцию экзистирующего индивида. Эстетический пафос выражается в словах, и он может означать, что индивид забывает о себе, чтобы полностью раствориться в идее, тогда как экзистенциальный пафос возникает вследствие преобразующего воздействия идеи на саму экзистенцию индивида. Если абсолютный τέλος не преобразует абсолютно экзистенцию индивида, который выстраивает свое отношение с ним, значит, индивид вступает в такое отношение не с экзистенциальным пафосом, но всего лишь с эстетическим пафосом. [Например, мы имеем дело с эстетическим пафосом], когда у индивида


419

возникает правильное представление, причем заметим, когда он забывает о себе, уходя в идеальность возможности, чтобы остаться там со своим правильным представлением; это значит, что он не находится в себе самом внутри экзистенции, сохраняя правильное представление в идеальности своей действительности, — это значит, что сам он еще не преобразовал себя в действительность этого представления.

Для экзистирующего индивида вечное блаженство всегда по сути соотносится с экзистированием, с идеальностью действительности; потому и пафос тут должен соответствовать этому. Если истолковать влюбленность эстетически, можно по справедливости заметить, что поэтическое представление о влюбленности выше всего, что предлагает действительность. Поэт может обладать идеальностью, в сравнении с которой действительность кажется всего лишь слабым отражением; для поэта действительность — это всего лишь подходящий случай, который способствует тому, чтобы он покинул эту действительность ради поисков идеальности возможного. А потому поэтический пафос — это, по сути своей, фантазия. Однако пожелай кто-нибудь этически установить поэтическое отношение к действительности, и это будет прямым недоразумением и отступлением вспять. Главное здесь, как и повсюду,— это держать отдельные сферы разъединенными, уважать качественно-диалектическое в них, ценить тот порыв решения, который внезапно изменяет все, так что то, что было высшим в одной сфере, должно быть абсолютно отвергнуто в другой. Применительно к религиозному главным будет то, что оно проходит через этическое. А потому религиозный поэт находится в весьма неловком положении. Иными словами, подобный человек стремится выстроить свое отношение к религиозному посредством фантазии, однако, делая это, он в конце концов начинает эстетически относиться к чему-то эстетическому.
1   ...   41   42   43   44   45   46   47   48   ...   75

Похожие:

Профессорская библиотека сёрен кьеркегор заключительное ненаучное послесловие к «философским крохам» мимически-патетически-диалектическая компиляция iconСерен Кьеркегор. Афоризмы эстетика
Что такое поэт? Несчастный, переживающий тяжкие душевные муки; вопли и стоны превращаются на его устах в дивную музыку. Его участь...
Профессорская библиотека сёрен кьеркегор заключительное ненаучное послесловие к «философским крохам» мимически-патетически-диалектическая компиляция iconПослесловие А. И. Федорова
Источник: Лоренц К. Оборотная сторона зеркала: Пер с нем. А. И. Федорова, Г. Ф. Швейника / Под ред. А. В. Гладкого; Сост. А. В. Гладкого,...
Профессорская библиотека сёрен кьеркегор заключительное ненаучное послесловие к «философским крохам» мимически-патетически-диалектическая компиляция iconПослесловие А. И. Федорова
Источник: Лоренц К. Оборотная сторона зеркала: Пер с нем. А. И. Федорова, Г. Ф. Швейника / Под ред. А. В. Гладкого; Сост. А. В. Гладкого,...
Профессорская библиотека сёрен кьеркегор заключительное ненаучное послесловие к «философским крохам» мимически-патетически-диалектическая компиляция iconКраснов петр Николаевич. Ложь. Роман. /Послесловие Н. Никифорова....
Ложь. Роман. /Послесловие Н. Никифорова. — М., «Реванш» — «Толерантность-33», 2006. 288 с
Профессорская библиотека сёрен кьеркегор заключительное ненаучное послесловие к «философским крохам» мимически-патетически-диалектическая компиляция iconПрограмма ІІ всеукраинского открытого фестиваля поэзии лав-iN-fest
Приезд и расселение участников Фестиваля. Рекомендуемая гостиница – «Авиатор», ул. Профессорская, 31 (прейскурант и карту-схему см...
Профессорская библиотека сёрен кьеркегор заключительное ненаучное послесловие к «философским крохам» мимически-патетически-диалектическая компиляция iconПо курсу «Электронные библиотеки»
Понятия «виртуальная библиотека», «сетевая библиотека», «медиатека» и др., сходство их основных особенностей и их различия
Профессорская библиотека сёрен кьеркегор заключительное ненаучное послесловие к «философским крохам» мимически-патетически-диалектическая компиляция iconБиблиотека Библиотека "исследователь"
«натуральной гигиены» Г. Шелтона и П. Брэгга, известные врачи — натуропаты м горен, Дж. Осава и Атеров.   
Профессорская библиотека сёрен кьеркегор заключительное ненаучное послесловие к «философским крохам» мимически-патетически-диалектическая компиляция iconЛев толстой послесловие к книге е. И. Попова "жизнь и смерть евдокима...
Послесловие к книге Е. И. Попова "Жизнь и смерть Евдокима Никитича Дрожжина. 1866-1894"
Профессорская библиотека сёрен кьеркегор заключительное ненаучное послесловие к «философским крохам» мимически-патетически-диалектическая компиляция icon2. Неклассическая этика 2-ой половины XIX века (А. Шопенгауэр, Ф. Ницше, С. Кьеркегор)
Отцом античной этики является Сократ, который считал мораль – основой достойной жизни и культуры
Профессорская библиотека сёрен кьеркегор заключительное ненаучное послесловие к «философским крохам» мимически-патетически-диалектическая компиляция iconВсероссийский конкурс
Некоммерческий фонд поддержки книгоиздания, образования и новых технологий «Пушкинская библиотека» объявляет конкурс «Мобильная библиотека:...
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2020
контакты
www.userdocs.ru
Главная страница